Ноги

День только начался, и уже такая жара! С неба льётся расплавленное золото.
Волны, шелестя, набегают одна на другую, тревожа песчаник. Оксане хочется протянуть руки и коснуться воды, но расслабляющая лень наполнила тяжестью каждую мышцу, каждый сустав. Дыхание моря совсем рядом, совсем близко.
Ноги

     Оксана прикрыла глаза. Под веками сплелись причудливые образы, образуя диковинные картины ирреального мира...
     Как это сладко — лежать на солнце, подставив лучам истосковавшееся тело и ждать, когда кожа покроется тончайшим золотым налётом.
     Оксана пошевелилась, и шляпа упала с её лица. Она раскрыла ладонь и, не открывая глаз, попыталась на ощупь найти соломенное чудо.
     Её пальцы чего-то коснулись, — ой, простите...
— Ничего страшного, вы шляпу ищете? Вот она.
— Спасибо, — Оксана устроилась поудобнее и уже начала погружаться в прежнее блаженное состояние расслабленности духа и тела, как неожиданно для себя открыла глаза и села. Она ещё не сообразила, что же заставило её очнуться, но пальцы! Её пальцы хранили соприкосновение с чьей-то горячей бархатистой кожей. И это ощущение тревожило её. Оксанины глаза натолкнулись на длинные стройные ноги, в меру мускулистые, в меру загорелые. Мужские ноги!
     Она подняла голову и убедилась, что всё остальное тоже заслуживает внимания.
     Голубые плавки плотно обтягивали его бёдра, ягодицы и прочие соблазнительные выпуклости. Ему было чем гордиться.
     Оксана прикинула на глаз достопримечательности объекта и почувствовала, как жар, более сильный, чем летний зной, охватывает её тело.
     Оксана облизала губы и легла на живот. Главное — не смотреть...
     Легко сказать, не смотреть! А если очень хочется, ну просто нестерпимо!
     Помимо её воли голова поворачивалась, а глаза устремлялись к ногам незнакомца.
     Взгляд Оксаны, точно плющ по гладким стволам, сантиметр за сантиметром поднимался всё выше и выше.
— Какой шикарный! — прозвучала в голове непрошенная мысль, — он просто создан для...
     Оксана оборвала её на лету и попыталась сосредоточиться на плеске волн.
     Волна набегает, скользит, откатывается и вновь в том же чарующем ритме. Нет. Оксана закусила губу. Волны не отвлекают, даже, скорее, наоборот...
     Лучше сосредоточиться на солнце. Оно такое золотое, горячее, страстное. О, как же оно испепеляет своими поцелуями! Губы, грудь, живот и! О, нет, нет, мысли о солнце сами собой могут довести до... экстаза.
— Вот песок, — Оксана уткнулась подбородком в прогретый лучами песчаник.
     Песок — он такой спокойный, такой мягкий, такой шелковистый, как кожа вздрагивающего под женской ладонью мужчины.
— О, боже ты мой! — Оксана села и подобрала колени, — наваждение какое-то! И надо же было родиться такой чувственной!
     У Оксаны уже неделю не было мужчины, и она почувствовала, что медленно, но верно сходит с ума. Роскошные ноги незнакомца вновь соблазнительно стояли перед глазами. Она даже не заметила, как её глаза вновь прилипли к ним.
     Оксана вздохнула. Если эта пытка будет продолжаться, то она, пожалуй, не выдержит и проведёт по ним рукой, а дальше — больше...
— Нет! Надо идти поплавать, — твёрдо решила она.
— Вам нравятся мои ноги? — донеслось до неё с высоты его роста.
— Очень! — не стала скрывать Оксана.
— А на всё остальное взглянуть не хотите?
     Оксана поднялась и стряхнула с себя песок. Улыбчивый блондин с большими серыми глазами смотрел ей в лицо.
— Ну и как? — спросил он весело.
— Великолепно! — взгляд Оксаны бесцеремонно скользил по контуру его фигуры.
     Потом она посмотрела ему в глаза, — не составите мне компанию? — Оксана кивнула в сторону распластавшегося под горячим небом моря.
— С удовольствием, — ответил он, обнажив в улыбке два ряда соблазнительно-белых зубов.
— До буя и обратно.
— Идёт!
Ноги

     В море они вошли одновременно. Волны были прохладными и несмелыми, как губы девственника. Отплыв от берега несколько метров, Оксана нырнула и поплыла под водой. Солнечные лучи, преломлённые зелёной толщей воды, трепетали неровными нитями и, добравшись до дна, замирали. Качались заросли длинных водорослей, мелькали золотистые блики мальков. На длинной полоске светлого песка лежала большая раковина. В глубине она отсвечивала всеми оттенками аквамарина. Оксана опустила лицо вниз и нырнула до дна, оставляя за собой жемчужный шлейф пузырьков.
     Когда она вынырнула на поверхность, дыхание её было прерывистым. В руке она держала раковину. При дневном свете морская раковина уже не казалась столь притягательной и волнующей для взора. Жаль...
     Оксана прижала её к уху, а потом отпустила с ладони, — плыви в свою стихию, — сказала она вслух.
— Какая красивая раковина. Зачем вы её бросили обратно? — спросил подплывший мужчина.
— Не знаю... — сказала Оксана, — просто там, на глубине, она прекрасна, а на берегу... Кем ей быть на берегу? Ещё одной пустячной безделушкой? — Оксана засмеялась и поплыла брассом. Мужчина плыл рядом. Дыхание его было ровным.
— Дельфин не приходится вам родственником? — спросила Оксана, когда они доплыли до буя.
— Нет, — засмеялся он, — а вам?
     Она ничего не ответила, только посмотрела в его глаза как-то странно, словно хотела взглядом добраться до сокровенных глубин его существа.
— Не надо так смотреть...
— Постараюсь...
     Оксана перевернулась и легла на спину. Несколько минут она лежала спокойно, прикрыв глаза. Волны тихонечко покачивали её, словно баюкали в морском гамаке. Оксана открыла глаза, — видите вон ту скалу? — спросила она.
     Он проследил за её взглядом, — вижу.
— Давайте доплывём до неё. Думаю, там есть выступы, и мы сможем забраться наверх. Передохнём и вернёмся на берег.
— Хорошо, — согласился он и поплыл в направлении скалы.
     Им действительно удалось забраться наверх. Камни, постоянно омываемые волнами, не были слишком горячими.
— Вы так и не сказали мне, как вас зовут, — проговорил он.
— А это важно?
— Да, — он неожиданно смутился и покраснел.
— Как мило, — Оксана прижалась к нему вплотную, — меня зовут Оксана. А тебя?
— Слава, — прошептали его губы.
— Слава, — повторила Оксана, — Слава это хорошо...
     Он не понял, шутит она или говорит серьёзно.
     Когда же она произнесла следующую фразу, — «Слава — это замечательно, но деньги лучше», он чуть не свалился в воду.
Ноги

     Руки Оксаны обхватили его и удержали на скале.
— Я пошутила, — сказала она без тени улыбки, и поцеловала его в губы.
     Он задохнулся на миг, нашёл в себе силы посмотреть ей в глаза, а потом опустил ресницы и погрузился в сладкую зыбь поцелуя.
     Оксана положила одну руку между его ног, другой стала поглаживать бёдра.
— Мы упадём отсюда, — простонал он, не в силах шевельнуться.
— Я захотела тебя сразу, как увидела, — проговорила она, обжигая его дыханьем.
— Я так хочу тебя, — её губы впивались в его подбородок, опаляли шею.
     Он отвечал на её ласки не менее страстно и горячо. Их губы сочились желаньем, руки и ноги переплетались невообразимым образом. В конце концов, они сорвались со скалы на самом интересном месте.
— Надо плыть к берегу, — с сожалением выдохнула Оксана.
— Да, — согласился он, — я здесь дикарём отдыхаю, снимаю квартиру в домике прямо за дорогой. Хозяев нет. Одни квартиранты.
— Здорово, — сказала Оксана, — купим что-нибудь поесть и поедем к тебе.
     Они выбрались на берег и, не снимая купальных костюмов, влезли в одежду.
     ...Уютный белый домик был обвит виноградом и пурпурными вьющимися розами.
— Какая прелесть, — сказала Оксана, — к тебе куда, направо? Налево?
     Он взял её за руку и потянул за собой.
     Окно его комнаты выходило в сад. Оно было открыто, и в помещении стоял запах персиков и алычи.
— В твоём распоряжении имеется душ?
— Да, — он кивнул за шторку.
— Идём вместе, — Оксана выхватила из его рук полиэтиленовые сумки и бросила их на стул, — идём!
     ...Тёплые струи обтекали обнажённые тела...
— Знаешь, так ты ещё красивее, чем на пляже, — улыбнулась Оксана. Её губы коснулись его губ, а руки, как струи, скользили по всему телу.
     Слава закрыл глаза. Затаил дыхание и застонал.
— Ты дыши, Слава, дыши, — прошептала она и замолчала.
     Он умирал от блаженства. Касанье её губ, пальцев, языка. Струи воды стали оглушительными. Он дёрнулся и застонал сильнее. Шквал наслаждения захлестнул его, утянул в пучину, опустошил и вытолкнул на поверхность.
— Давай выйдем отсюда, радость моя, — услышал он голос Оксаны.
     Они рухнули на прохладные простыни в объятия друг друга.
     Руки Оксаны так тихо скользили по его лицу, словно это были не пальцы женщины, а касания летней листвы, опалённой солнцем, омытой росой...
     Нежные поглаживания обтекли его плечи, замерли на груди, вздрогнули и продолжили свой путь в прежнем томительном темпе...
     И вдруг её руки стали безумными! Они горячим вихрем пронеслись по всему его телу.
     К неистовству рук присоединились яростные губы. Они опаляли его кожу безжалостней полуденного солнца. Объятый дрожью сладострастия, он почувствовал тяжесть её тела.
— Это слишком, — пробормотал он, и, переведя дыхание, устремился навстречу.
Ноги

     А потом наступил миг полёта. Неведомая сила подхватила Оксану, приподняла, задержала в воздухе и бросила в бездну молочного течения расплавленных звёзд.
     Слава разделил её скольжение по млечному пути...
     А потом лежал, раскинув руки, почти бездыханный, с закрытыми глазами.
— Надеюсь, что ты жив, — прошептала Оксана, и губы её коснулись влажного уголка его губ.
— Не знаю, — простонал он, не открывая глаз.
     Её весёлый смех подействовал на него, как холодный душ, и он пришёл в себя.
     Сел на постели, протянул к ней руки и посмотрел в её сверкающие глаза.
— Вы самая красивая, — сказал он, — я так счастлив. Это судьба, что мы встретились.
— Может быть, — не стала отрицать она, — я так хочу тебя!
— Ещё?!
— Да! Ещё и ещё!
     Он осторожно коснулся её плеча... кончики его пальцев пробежали по тонкой коже любимой женщины.
     Оксана глубоко вздохнула и что-то прошептала. Он не уловил смысла, но сам шёпот всколыхнул волну его чувства, вновь тревожа и пробуждая желание.
— Слава! Ты сводишь меня с ума!

* * * *

     Он лежал рядом и чувствовал, как в глубине его сердца нежно бился родник, имя которому любовь...
— У нас всё будет хорошо? — спросил он и, не дождавшись ответа, сомкнул глаза.
     Ответ ему казался очевидным.
     Оксана поправила подушку уснувшему мужчине и отправилась в душ.
     Она привела себя в порядок, расчесала и заколола волосы.
— Хороший мальчик, — подумала она, — кому-то станет неплохим мужем.
     У неё уже был муж. Жаль, что закон не позволяет иметь двух и более...
     Оксана перекинула через плечо сумку и закрыла за собой дверь.
     Ей ещё нужно заскочить в дом, который она снимала, переодеться и поехать на вокзал.
     В полночь по местному времени прибудет поезд, который привезёт на курорт её мужа и пятилетнюю дочурку. Оксане никак нельзя опаздывать.
— Нужно взять машину, — подумала она, — иначе отпускных мужа не хватит на такси.
     Впрочем, зарплата мужа-инженера её не волновала, она сама зарабатывала на всю семью. Главное, что он стал отцом её ребёнка. Замечательным отцом.
     Для маленькой Светланки он был центром вселенной, и Оксана была рада этому обстоятельству.
     У неё у самой слишком мало свободного времени. Что делать, жизнь современной деловой женщины не даёт поблажек. Но, предложи Оксане кто-нибудь завтра отказаться от этой жизни и дай взамен золотые горы, она бы искренне расхохоталась!
     Быть хозяйкой собственной жизни — это головокружительно, как хождение по канату. Слава богу, голова у Оксаны холодная.
     Правда, время от времени она позволяет себе небольшие радости, но надеется, что муж не в обиде... и уж, тем паче, не чувствует себя обделённым.
     На низком небе мерцали звёзды. В духмяной траве не умолкали цикады, шумело море...
     На смятых простынях улыбался во сне счастливый любовник...

Написать автору

Опубликовано на сайте Afield.org.ua 25 октября 2006 г.