[Сила слабых] [ФеминоУкраина] [Модный нюанс] [Женская калокагатия] [Коммуникации] [Мир женщины] [Психология для жизни] [Душа Мира] [Библиотечка] [Мир у твоих ног] [...Поверила любви] [В круге света] [Уголок красоты] [Поле ссылок] [О проекте] [Об авторах] [Это Луганск...]
[Поле надежды — на главную] [Наши публикации]
Наши встроенные шкафы купе высокого качества.


Наталия Антонова

Дар божества

НАЧАЛО

     ...Они ужинали в малой гостиной. Витые свечи роняли светлые лепестки бликов.
     Звучала тихая музыка, похожая на шелест листвы, вздохи ветра, биение фонтана.
     В воздухе витал смешанный аромат цветов и фруктов. Дымились горячие блюда. Соблазнительные узоры закуски пробуждали аппетит.
Дар божества      Брагирхат не сводил своих ослепительно-чёрных очей с лица Лилианы.
     А Лилиана рисовала ему перспективы его будущего после университета, одну ярче другой.
     — Спасибо вам, — тихо сказал Брагирхат.
     — За что? — удивилась Лилиана.
     — За то, что вы так добры ко мне.
     — Какие пустяки, — она весело рассмеялась, — за тебя, — Лилиана подняла свой бокал.
     Брагирхат за всё время, что жил в её доме, упорно отказывался попробовать хотя бы слабый алкогольный напиток. Но в этот день он решил пригубить искрящуюся и шипящую жидкость. Его губы прильнули к бокалу с шампанским. Он сделал глоток, потом ещё один... И осушил весь бокал.
     — Ты прелесть! — воскликнула Лилиана, — надо же когда-то начинать...
     — Что это?! — с неожиданным ужасом в голосе проговорил он.
     — Шампанское. Что же ещё?
     — У меня кружится голова... — он попытался встать со стула.
     — Сиди спокойно. Ничего страшного. Сейчас пройдёт.
     — Мне плохо! — жалобно слетело с его губ.
     Он всё-таки поднялся со стула и, если бы Лилиана не успела подхватить его, он непременно бы рухнул на пол.
     — Глупый ребёнок, — выдохнула она, — чёрт, какой ты стал тяжёлый. Три года назад ты явно был полегче.
     Он безвольно лежал на её руках. Лилиане ничего другого не оставалось, как отнести его в спальню. Она осторожно поднялась по лестнице, опасаясь рухнуть в неё вместе со своей ношей, открыла ногой дверь в комнату и опустила юношу на кровать. Потом подошла к столику и налила в стакан воды.
     — Выпей, — она поднесла сосуд к его губам.
     Брагирхат с трудом сделал глоток и виновато вздохнул.
     — Сейчас всё пройдёт, — она погладила его мокрый лоб, откинула назад волосы.
     — Я не хотел, — прошептал он, — я испугался. Этого больше не случится...
     Лилиана, не соображая, что делает, поцеловала его в податливые мягкие губы.
     Он застонал и обвил её шею руками. Его тело выгнулось ей навстречу.
     Лилиана задыхалась. Её вожделение было столь велико, что она не снимала, а срывала с него одежду и швыряла на пол обрывки. Со своим праздничным нарядом она обошлась ничуть не милосердней.
Дар божества      Лилиана не помнила себя. Она точно сошла с ума. Такого не случалось с ней ни разу в жизни. Она всегда умела управлять своей страстной натурой.
     И, утоляя свою чувственность, ни разу не теряла головы.
     Что произошло с ней на этот раз, она не знала.
     Она ненасытно терзала уступчивое тело юноши до самого утра.
     Брагирхат, призывно постанывая, охотно отвечал на её безумные ласки.
     На рассвете, изнеможённый и счастливый, он крепко заснул, прижимаясь к ней всем телом. Сон Лилианы был короток. Открыв глаза, она осторожно освободилась от объятий Брагирхата. Но он тут же проснулся и вперил в неё свой взор.
     — Прости, — вырвалось у неё, — прости меня.
     — За что? — он приблизился к ней и потёрся щекой об её плечо.
     Она приподняла пальцами его подбородок. Взор Брагирхата был чист и ясен.
     Он спокойно воспринял всё случившееся. Юноша всегда был уверен, что рано или поздно это произойдёт. Ведь он дар божеству. Он предназначен ей. И вот он принадлежит ей полностью.
     — Что же мне с тобой теперь делать?!
     — Всё, что хотите.
     — Ты не понимаешь!
     — Знаю, вы выходите замуж.
     Она озадаченно посмотрела на него.
     — Вы скажете своему мужу, что я ваш наложник. Ведь это так просто, — и он доверчиво прижался к ней всем телом.
     — Это невозможно.
     — Почему? — его глаза потускнели.
     Лилиана невольно улыбнулась и нежно поцеловала его влажные яркие губы.
     После её поцелуя Брагирхат повеселел и ожил, как экзотический цветок после обильного ливня.
     Лилианы целый день не было дома, и вернуться она решила как можно позднее, с тайной надеждой, что юноша не станет ждать её у дверей. После прошедшей ночи его привычки могли измениться.
     Но чуда не произошло. Войдя в дом, она сразу же наткнулась на его преданный взгляд.
     — Иди спать, — сказала Лилиана и, не оборачиваясь, поднялась к себе.
     Луна светила в окно, простирая к сердцу серебряные лучи. В ветвях пирамидального тополя печально шумел ветер. Фонтан перед домом тщетно стремился ввысь, вновь и вновь со вздохом роняя хрустальные струи на землю.
     Лилиана ворочалась с боку на бок, не в силах сомкнуть глаз.
     Ей хотелось встать, на цыпочках подобраться к спальне Брагирхата и взглянуть на него хотя бы одним глазком.
     Она включила свет и взяла книгу...
     Листая страницы, она не помнила строк, по которым только что скользнули её глаза.
     Жарко! Как жарко! Всё нестерпимо горело внутри.
     Она налила воды и залпом выпила её. Жар не унимался. Лилиана достала бутылку лёгкого вина и налила себе полбокала. Медленными глотками она выпила прохладную жидкость. Посмотрела в окно и налила ещё один бокал уже до самых краёв. После чего решительно покинула свою комнату.
     ...Юноша не спал. Чутким слухом он уловил её приближающиеся шаги и выбежал ей навстречу.
     — Я так боялся, так боялся, — прошептал он, — что разочаровал вас, — он заглядывал ей в глаза так преданно, так печально, что она не выдержала и прижалась горячим ртом к его губам.
     Эта ночь стала для них не менее жаркой, чем предыдущая.
     Брагирхат изо всех сил старался быть на высоте. И утром она уже не просила у него прощенья, а говорила о том, как он прекрасен, и что она ещё никогда в жизни не желала так сильно, как его, ни одного мужчину.
     Он улыбался в ответ счастливо и покорно.
     По вечерам Лилиану всё сильней тянуло домой. Она придумывала различные отговорки для друзей и... Нортона.
Дар божества      Нортон хмурил брови, он не понимал, что происходит, и всё настойчивее стремился выяснить это. Лилиана ссылалась на занятость, на усталость. Но эти отговорки всё меньше и меньше успокаивали жениха.
     Лилиана и сама понимала, что так дальше продолжаться не может.
     Но не бросать же ей Нортона! И сообщать ему о том, что ночи она проводит с Брагирхатом, не входило в её планы. Лилиана пыталась остудить свою страсть.
     Она снова стала задерживаться по вечерам. Несколько ночей провела вне дома.
     Нортон обрёл прежнюю уверенность и стал настаивать на определённой дате бракосочетания. А Лилиана всячески тянула время.
     Она не хотела признаться себе в том, что кроткий нрав Брагирхата, его покорность и пылкое обожание очаровали её сердце.
     Они всё чаще засыпали и просыпались в одной постели.
     Лилиана стала брать Брагирхата с собой на вечеринки, в театры, на презентации. Как ни странно, воспринимали его появление благосклонно. Должно быть, он вызывал любопытство, и за ним наблюдали как за диковинной птицей, научившейся говорить на человеческом языке.
     Кто искренне, кто притворно восхищался Лилианой, вернее, её отважным поступком.
     Нортону появление Брагирхата в свете пришлось не по вкусу. Холодная непринуждённость Лилианы могла обмануть кого угодно, но стоило хоть краем глаза заметить, как юноша смотрит на Лилиану, всё становилось ясным, как божий день. Несмотря на то, что она предоставляла ему полную свободу действий, Брагирхат следовал за ней по пятам, как тень.
     Любой её жест, малейший отблеск желания он ловил на лету и тотчас исполнял.
     ...Было раннее воскресное утро. После ночи, полной испепеляющей страсти и любовного томления, они нежились в постели.
     Сквозь открытую дверь балкона в комнату лился свежий воздух, напоённый ароматами ночных фиалок...
     Брагирхат держал руки Лилианы в своих руках и нежно целовал один палец за другим, при этом он что-то вдохновенно шептал на своём родном языке. Что именно, для Лилианы было неважно. Она наслаждалась этой невинной лаской и покоем, разлившемся во всём её теле.
     Внезапно раздался резкий треск, потом оглушительный грохот. Такое впечатление, что вниз сорвался цветочный горшок.
     — Как он умудрился упасть, — едва успела подумать Лилиана, и пред её изумлённым взором предстала фигура Нортона. Он стоял у балконной двери и смотрел на постель.
     Лилиана привстала, — что ты здесь делаешь?! — воскликнула она.
     — Нет! — закричал Нортон, — это я хочу узнать, что делает этот дикарь в одной постели с тобой?!
     — То же, что делают все мужчины в постели с женщиной, — ответила Лилиана.
     Брагирхат же ничуть не смутился при появлении Нортона. Он только искренне не понимал, почему он сердится? Что плохого в том, что он доставляет Лилиане удовольствие? Нортон собирался быть мужем Лилианы, но разве они не могут вдвоём принадлежать ей? Почему он так сердится?
     Лилиана тем временем выбралась из постели и, набросив пеньюар, силой вытащила упирающегося Нортона в коридор. Нортон задыхался от гнева.
     — Пойдём ко мне, — попросила Лилиана, и, не оборачиваясь, пошла в сторону своей комнаты. Тяжёлые шаги Нортона впечатывались в ковровое покрытие пола.
     Войдя в спальню вслед за Лилианой, он с грохотом захлопнул дверь.
     — Я хочу услышать твои объяснения! — закричал он.
     — Ты же понимаешь, объяснений нет, — Лилиана повернулась к нему лицом.
     — Значит, нет?! Ты не хочешь сказать, что это произошло случайно?! Что этого больше не повторится?! — голос Нортона сорвался.
     — Нет, не хочу, — сказала Лилиана, — я должна была раньше рассказать тебе всё.
     — Что всё?! Не хочешь же ты сказать, что ты любишь его?! Ну, отвечай, Лилиана, что он просто разжёг твоё любопытство, что он всего лишь игрушка для тебя?!
     — Я так не считаю. Прости...
     Бывший возлюбленный был в ярости. Его оскорблённые чувства хлынули через край. Он не сдерживался и не подбирал слов.
     Лилиана холодно выслушала все его излияния, кипящей смолой вылившиеся на неё, все требования и упрёки.
     — Ты прав, — сказала она, — я заслужила твой гнев, я не должна была так поступать с тобой. Ты хороший, Нортон. Но ничего не поделаешь. Что случилось, то случилось. Нам остаётся только расторгнуть помолвку.
     — Нет! — выкрикнул Нортон, — нет! Наша свадьба состоится или я убью его!
     После чего он вихрем вынесся из дома Лилианы. Она слышала, как внизу завёлся его автомобиль.
     — Господи, — подумала Лилиана, — хоть бы он не разбился по пути. И чего я столько тянула с объяснением?! Бедный Нортон! Я заставила его страдать понапрасну.
     Помолвку они всё-таки расторгли. Нортон купил острова и уехал из города.
Дар божества      Лилиана в отчаянии не знала, как ослабить его боль. Она была не в силах отказаться от Брагирхата.
     А молчаливый Брагирхат постепенно начинал понимать, что же происходит в этом странном для него мире, по каким законам он существует.
     Наступила ранняя осень. Золотые листья выстлали путь...
     Брагирхат начал учёбу в университете. Лилиана, как всегда, занималась своими предприятиями. Их связь окрепла. Они были счастливы друг с другом.
     У Брагирхата появились друзья среди однокурсников, и Лилиана всячески поощряла эту дружбу. Она считала, что у него должны быть свои собственные знакомые, одного с ним возраста.
     Но Брагирхату больше всего на свете хотелось проводить вечера и ночи наедине с Лилианой.
     От Нортона приходили письма. Он писал Лилиане почти каждую неделю, и она отвечала ему.
     Примерно через год Лилиана сказала Брагирхату, что ей нужно уехать на какое-то время, и она уехала. Её не было два месяца. Брагирхат умирал от тоски. Он похудел и подурнел. Потом она вернулась в хорошем расположении духа, и всё у них пошло по-прежнему.
     Брагирхат не спрашивал, куда ездила Лилиана, он вообще никогда ни о чём её не спрашивал. Через восемь месяцев она уехала снова и вернулась через три месяца.
     Однажды случайно Брагирхат узнал, что она была на островах с Нортоном.
     Что происходило между ними, он не знал и не пытался узнать. Он был бесконечно благодарен Лилиане за то, что она позволяла ему любить себя. Если она прогонит его, он умрёт.
     Прошло время. Брагирхат окончил университет и приобрёл большую известность, как талантливый архитектор. Он стал зарабатывать хорошие деньги.
     Лилиана искренне радовалась его успехам.
     Глядя, с каким чувством собственного достоинства он держится с заказчиками, с каким тактом и уверенностью одновременно отстаивает он свою точку зрения, Лилиана невольно бросила, — ты великолепен, как божество!
     — Нет, это вы божество, — он устремил на неё свои полночные очи, — а я всего лишь принадлежу вам, моему божеству, и всё, что люди видят во мне, — это отсвет божества, лежащий на мне.
     — Я ценю твой юмор, — отшутилась она.
     — Это не юмор, — ответил он тихо.
     Лилиана поспешила перевести разговор на другую тему.
Дар божества      ...До Брагирхата дошёл слух, что Нортон живёт на острове не один. У него растёт дочь. А потом в рабочем кабинете Лилианы он увидел фотографию Нортона и маленькой девочки. Она была точной копией Лилианы.
     Теперь у Брахирхата не оставалось сомнений относительно того, зачем Лилиана дважды ездила на острова и подолгу там оставалась. Вероятно, и теперь, в свои короткие отъезды из дома, она навещает дочь.
     Брагирхат похолодел от мысли, которая закралась в его душу, — а что, если Лилиана навсегда уедет к Нортону и своей дочери. Тогда ничто — ни высокое положение в обществе, ни деньги, ни любимая работа не спасут его...
     Мрачные мысли глубокой тенью пролегли под его глазами. Он просыпался посреди ночи и не мог сомкнуть глаз.
     — Тебе нездоровится? — спросила Лилиана.
     — Нет, я просто очень люблю вас, — проговорил он с тоской.
     — Отчего же ты мечешься? — спросила она, — ведь я с тобой, — помолчав, она добавила, — и никогда тебя не покину.
     — Это правда? — он схватил её руку и прижал к своим губам.
     — Конечно, правда. Как я могу отказаться от дара божеству? — она весело рассмеялась и крепко прижала его к себе. А потом отстранилась, посмотрела ему в лицо, окинула взглядом его фигуру, — знаешь, я всё никак не привыкну, что ты больше не дитя, а взрослый мужчина. Великолепный мужчина, — добавила она.
     — Я всё знаю, — вырвалось у него.
     Лилиана посмотрела ему в глаза и поняла, о чём он говорит, — ну, вот и хорошо.
     Вероятно, теперь она догадалась о причине его печали и бессонницы.
     — Ты не должен ни о чём беспокоиться, — сказала она, — ведь ты веришь мне?
     — Да, — кивнул он, — очень верю.
     ...В камине качалось пламя. За окном дул ветер и падал снег.
     В туманном свете зеркал мерцала спокойная гладь и россыпь огней...
     Он ломал голову над новым проектом. Ему заказали замок в миниатюре на вершине лесистого холма. И он набрасывал один чертёж за другим, доводя своё творенье до совершенства. А Лилиана думала, куда выгоднее инвестировать немалую прибыль от своих предприятий.
     И вдруг их взгляды встретились в зеркале. Что-то насторожило его в лихорадочном блеске её глаз, и он замер.
     — О чём вы думаете? — спросил он осторожно.
     — О тебе, — ответила она.
     — Обо мне?
     — Да. Ты хотел бы стать моим мужем?
     — Я? — вырвалось у него невольно. Чертежи выскользнули из его рук и рассыпались на полу, некоторые из них упали в камин, и пламя радостно лизнуло их пурпурным многоязычьем.
     — Я вдруг поняла, что давно люблю тебя, — с твёрдой убеждённостью сказала Лилиана. — Может быть, я полюбила тебя сразу, как вытащила на берег, или когда несла сквозь дебри на руках, а может быть, потом, когда в пылу страсти взяла твоё чистое чувство, твою невинность. Я не знаю, когда именно я полюбила тебя, но знаю, что люблю теперь. Я хочу, чтобы ты стал моим мужем, хочу иметь от тебя детей. Ты согласен? — спросила она.
     Он задохнулся от счастья. Он не мог поверить своим ушам. Не мог вымолвить ни слова. Только глаза его блистали, как два солнца.
     — Ты не хочешь мне ответить? — мягко улыбнулась она, — может быть, ты хочешь подумать? Я старше тебя на десять лет. У меня нелёгкий характер. Ребёнок от Нортона...
     — Нет! — прервал её он, — нет!
     — Что нет?
     — Я согласен! Я даже не смел об этом мечтать! Лилиана! Вы не шутите надо мной? Я... я боюсь в это верить!
     — Не бойся. Милый мой, моё сокровище.
     Долгий поцелуй слил их уста. Они сидели не шевелясь, тесно прижавшись друг к другу. Погасли одна за другой свечи и... звёзды. Угомонился огонь в камине. Заснул ветер. И снег перестал идти за окном.
Дар божества      ...Они поженились весной, когда зацвели персики и айва...
     Сладкоголосые птицы сделали их медовый месяц не только сладким на вкус, но и на слух тоже...
     А потом у них родились дети. Мальчик, и ещё через год девочка.
     Лилиана хотела назвать мальчика Брагирхатом, но счастливый отец умолял назвать ребёнка Германом, и Лилиана не стала возражать.
     Девочку же назвали Лили.
     И теперь они путешествовали. Им хотелось показать детям мир.
     Брагирхат не сомневался, что Лилиана захочет заглянуть на острова к Нортону.
     — Ну, что ж, — думал он, — должны же дети познакомиться со своей старшей сестрой.
     Над необъятным простором голубизны мерцал влажный хрусталь пронизанного лучами воздуха. Жара спадала.
     Природные зеркала стелили над горизонтом быстро меняющиеся миражи.
     Солнце спускалось к морю... и красные блики бежали по волнам, подобно лепесткам лотоса. Покачивались, колыхались и устремлялись прочь.
     Лилиана приподняла шляпу и потянулась всем телом.
     Брагирхат подошёл к жене, — не хочет ли моя бесценная госпожа перейти в каюту?
     В его чёрных глазах блеснули дерзкие огни.
     — Хочу, — сказала она и протянула к нему свои руки, — теперь твоя очередь носить меня на руках.
     Брагирхат откинул голову. Его чёрные волосы рассыпались на ветру. Губы тронула улыбка, — да, несомненно, теперь моя очередь. Он быстро наклонился.
     Бронзовый мужчина в серебристо-белом костюме легко подхватил на руки белокурую женщину с голубыми смеющимися глазами, и, крепко прижимая её к груди, понёс на ложе любви.
     Морские волны лениво подходили к борту корабля и так же медленно отступали прочь. Их тихое бормотанье навеивало сон на ресницы ночных светил и на собственные глубины. И только луна не смыкала свой серебряный глаз, желая проникнуть повсюду, будь то борт корабля или святая святых влюблённого сердца.
     В каюте высшего класса были счастливы двое — Она и Oн.
     И лунный свет для них был дополнительным источником блаженства.

Опубликовано на сайте Поле надежды (Afield.org.ua) 2 марта 2007 г.



Mar 04 2007
Имя: Алёна   Город, страна:
Отзыв:
впечатляюще... легко и красиво... спасибо...


Mar 11 2007
Имя: Raisa   Город, страна: Uzbekistan
Отзыв:
Legko i krasivo.....ogromnoe spasibo.


Рассказы Наталии Антоновой на этом сайте:



[Поле надежды — на главную] [Архив] [Наши публикации]
[Сила слабых] [ФеминоУкраина] [Модный нюанс] [Женская калокагатия] [Коммуникации] [Мир женщины] [Психология для жизни] [Душа Мира] [Библиотечка] [Мир у твоих ног] [...Поверила любви] [В круге света] [Уголок красоты] [Поле ссылок] [О проекте] [Об авторах] [Это Луганск...]