[На главную] [Архив] [Наши публикации]


Я САДОВНИКОМ РОДИЛСЯ...


Школьникам о четырех типах человеческих характеров


Поговорим об основных типах человеческих характеров. Обладателя первого из них назовем Звездочет.

Почему? Представь себе, сидит в одиночестве этакий чудак, «словно кол проглотивший», в странном колпаке и, задрав голову, ничего не замечая вокруг, наблюдает в свою трубу за звездами. Про таких говорят — «не от мира сего».

«Звездочет» сразу обращает на себя внимание необычным видом — когда все, как американские скауты, носят учебники за плечами — он является с портфелем пионерских времен своего деда; когда вокруг все щеголяют в ослепительно-белых кроссовках, он напяливает немыслимые сандалии. Но все эти портфели, сандалии, панамы, галоши, кацавейки — вовсе не для того, чтобы быть заметным, — ему это по большому счету не нужно. «Звездочет» пользуется обычно или первым попавшимся, или любимым, привычным, удобным для него. Он ни за что не будет ради моды париться летом в черных стопудовых башмаках, но если вздумает развить в себе терпение, то будет добросовестно шнуровать их ежедневно тридцать лет подряд.

Он особенный, потому что его мысленный взор устремлен не на мир, а внутрь себя. Он с интересом наблюдает свои состояния, записывает идеи, ведет дневник. Он тайно пишет стихи, фантастические романы, доказывает теорему Ферма, изобретает вечный двигатель. Он чувствует себя на своем месте, когда приходится иметь дело с шахматными королями, а не с Машами, Сашами и Пал Палычами, с их чувствами, капризами, отношениями.

Он любит разбираться с цифрами и формулами, Бермудскими треугольниками и инопланетными цивилизациями — чем дальше от земной реальности, злободневности, тем лучше. Поэтому с людьми у «звездочета» обычно нет взаимопонимания. Он с трудом заводит и поддерживает знакомства. В лучшем случае у него есть один-единственный друг, но тогда бесценный и на всю жизнь.

«Звездочет» часто кажется холодным, рассудочным, неотзывчивым. Действительно, он не только плохо понимает людей, но и не умеет показывать им свое сочувствие. Однако в глубине души он терзается и ликует, страдает и восторгается. Тайное неожиданно становится явным, когда этот смешной и нескладный недотепа вдруг «один из всех, за всех, противу всех» бросается на злодея, обливается горючими слезами над дорогим его сердцу вымыслом, вмиг срывается с места и, «не взяв ни рубля, ни рубахи», мчится на край света только потому, что там нашли осколок тунгусского метеорита.

Да, «звездочеты» — трудные люди, но без них было бы скучно и буднично. Вымерли бы, как мамонты, абсурд и парадоксы, остановилось бы колесо фантазии и выдумки. Кто бы тогда искал иголку в стоге сена, чтобы протащить ее сквозь ушко верблюда, а нашел бы вдруг затонувшую Атлантиду?


****

Наш следующий герой — Лицедей.

В отличие от «звездочета» «лицедей» не терпит одиночества, он весь обращен к людям, ему необходимо быть в центре внимания, играть только первые роли. Присутствие зрителей его вдохновляет.

Он любит одеваться по последней моде либо наряжаться в такие пух и перья, чтобы его заметили все. Он неравнодушен к собственным отражениям и изображениям, а значит, к зеркалам и фотообъективам.

«Лицедей» живет чувствами, бурно переживает и радость, и горе. Но, бывает. слезы не успевают высохнуть на его лице, как он уже торопится навстречу новому многообещающему событию. Легко перевоплощаясь, «лицедей» быстро завязывает новые связи и охотно сохраняет их долгие годы. Он всегда окружен друзьями и приятелями, из которых то один, то другой на время становится закадычным. В школе ему нравится не учиться, а общаться, но при случае он не прочь и блеснуть: «Не знаешь, что такое клепсидра? Ну ты даешь!»

«Лицедей» жаждет похвалы, он помнит все успехи, удачи, рекорды, а досадные неприятности попросту забывает.

Если «лицедей» одарен умом и способностями, он мил, обаятелен, артистичен, и ему нетрудно простить его маленькие слабости и недостатки. В общем, это теплый, легкий, веселый человек. Ему вряд ли удастся постичь тайны мироздания или совершить переворот в науке, но он тронет наше сердце проникновенной игрой на сцене, заворожит оранжевыми, будто живыми, апельсинами на зеленом фоне художественного полотна, ошеломит изысканным платьем.

Ты, наверное, уже подметил, что «звездочет» и «лицедей» — это два антипода. Один — чудак, выдумщик, любитель формул и уравнений со множеством неизвестных, поклонник безумных идей и оригинальных решений, но теряющийся, если надо сосчитать сдачу в булочной, заговорить с незнакомцем или угомонить раскапризничавшегося карапуза. Другому, напротив, ничего не стоит, завязав знакомство с одним, другим, третьим, тут же поклясться в дружбе до гроба, внезапно обидеться, легко простить, и, не давая о себе знать полгода, как ни в чем не бывало залететь на огонек диковинной птицей с золотым пером, быть бессменным именинником на любом празднике.

«А кто же я, — спросишь ты, — “звездочет„ или „лицедей“?». Погоди, ведь разговор еще не окончен. Я познакомлю тебя сейчас еще с двумя персонажами, и тогда ты сможешь решить, какому из характеров наиболее соответствует твой собственный, узнать его слабые и сильные стороны и как стоит к ним относиться.


****

Счетовод — так назовем нашего третьего знакомца.

Он тоже неравнодушен к цифрам, как и «звездочет». Но в отличие от того, парящего в разреженном эфире высшей математики, мнимых величин и теории относительности, «счетовод» вполне довольствуется арифметикой и таблицей умножения. Но не подумай, что иное ему не по силам, просто — это не его ума дело. Он прочно стоит на земле, и синица в руке ему милее журавля в небе.

Он любит цифры, потому что в любую неопределенность они привносят порядок и точность. А в этом его слабость. Ему хочется знать, сколько он тратит на школьный буфет, на парикмахерскую, на марки. Ему нравится, что Волга впадает в Каспийское море, что уходя, надо всегда гасить свет, а улицу пересекать только на зеленый сигнал светофора. Ничто не может поколебать его правоту. Он признает только правила без исключений.

Когда «счетовод» спит, его тапочки стоят возле кровати, словно два солдатика по стойке «смирно», и нет такой силы, которая заставила бы его поставить их чуть вкривь или чуть вкось.

Каждая вещь в его комнате строго знает свое место, и не дай Бог случайному гостю нарушить этот годами сохраняемый порядок. Разок, другой он еще стерпит, но на третий — спасайся кто может — гром и молнии так и посыпятся во все стороны, не разбирая ни правых, ни виноватых! Но гроза минует, небо постепенно прояснится, в воздухе появится долгожданная свежесть. И мы видим, что рядом с нами неплохой в сущности человек, надежный, ответственный, порядочный, добросовестный. Ну немного занудливый, ну не всегда понимающий шутку, а если вздумает рассказывать про футбольный матч, то прежде чем добьешься от него финального счета, изволь выслушать, каким транспортом он добирался до стадиона, какая стояла погода и сколько болельщиков было с одной и другой стороны.

Зато у него хорошо списывать, потому что его почерк понятен, и даже каллиграфичен, главное подчеркнуто красным карандашом, домашние задания пронумерованы, классная работа всегда помечена датой. Он не поленится от начала до конца переписать испачканную незначительной кляксой страницу. Скажу тебе еще одну особую примету «счетовода» — любовь к уменьшительным именам. Натягивает он «носочки», застегивает «пуговичку», любит бутерброд с докторской «колбаской». Даже став не мальчиком, но мужем, требовательным и строгим, он будет умиляться цветочкам на лугу, деткам в песочнице, птичкам на ветке.


****

Но оставим пока «Счетовода» и познакомимся теперь с Садовником.

Я садовником родился,
Не на шутку рассердился,
Все цветы мне надоели...

Да, такое с ним случается — его вдруг все начинает раздражать, нервировать, ранить. Электрический свет кажется ему не в меру ярким, телефонный звонок чересчур резким, а слово слишком грубым. Это означает, что «садовник» устал, пора бы ему отдохнуть, сменить обстановку. Но в том-то и дело, что отдыхать он не умеет — покинуть свой сад со знакомыми тропинками, милыми беседками, любимыми флоксами, ирисами, левкоями и привыкать к новому, неведомому — увольте, сделайте одолжение! Он предпочитает раз и навсегда заведенный распорядок жизни.

Если «счетовод» держится годами своих правил ради них самих, если «звездочет» пытается привнести в хаос гармонию и порядок, то наш новый знакомец, кладя вещь на место, всего-навсего бережет свои малые силы. Ему легче однажды наклеить этикетки, составить картотеку, чем каждый раз вспоминать, искать, заново придумывать.

Если его порядок нарушится, он разнервничается, раскричится, схватится за сердце, но в отличие от «счетовода», тут же смутится, устыдится, будет просить прощения. «Садовник» — мягкий, сердечный, совестливый человек, немного грустный, как утро в предрассветном тумане.

Он хотел бы легко и непринужденно общаться с людьми как «лицедей»; как «звездочет» на лету схватывать мысль и парить в творческом полете; как «счетовод» упорно и последовательно, не упуская мельчайших деталей, добиваться своей цели; но ему мешает недостаток сил. «Садовник» привязан к своему саду, доверчивым и прекрасным ликам астр и анютиных глазок, пугливым бабочкам, легкокрылым стрекозам, принимающим его таким, какой он есть, утешающим его тревожную, впечатлительную, глубоко ранимую душу нежным запахом, тихим шелестом, неярким цветом.

Его терзают сомнения, неуверенность и болезненное самолюбие. Чаще других он задается вопросами: «Кто я и зачем?», «Тварь ли дрожащая или право имею?», «Быть или не быть?», «Да или нет?», «Черное или белое?». И нередко ему мерещится именно черное, худшее, непоправимое. Он носит талисманы, верит в приметы и заклинания.

«Садовник» не может похвастаться живым умом и легкой сообразительностью, но, спотыкаясь на мелочах, с трудом принимая решения, семь раз отмерив, один — отрезав, он в конце концов приходит к неожиданному открытию на зависть любому «звездочету».

«Садовник» — человек приятный во всех отношениях для окружающих, но трудный и мучительный для самого себя.


****

Ну вот, я поведала тебе четыре истории. Конечно, их персонажи в том виде, как они описаны, редко встречаются в жизни. Обычно черты одного характера причудливо переплетаются с чертами другого. И все-таки наблюдательный глаз увидит за этим хитросплетением остроконечный колпак «звездочета» или бархатную шляпу с пером «лицедея», бравую фуражку «счетовода» или поникший капюшон «садовника».

Ты, наверное, удивишься, узнав, что «звездочет» и «лицедей» — две противоположности — тем не менее часто уживаются в одном человеке, Как это возможно? Вспомни пушкинские строки:

Сперва взаимной разнотой
Они друг другу были скушны;
Потом понравились; потом
Съезжались каждый день верхом
И скоро стали неразлучны.

В действительности они ведь, так сказать, братья с одной группой крови, только там, где один говорит «да», другой — «нет».

Представь человека с манерами подлинного «лицедея» и дополни его портрет логическим умом, любовью к схемам и обобщениям. Такой человек, почувствовав призвание к театральному искусству, что нередко для «лицедея», наверняка предпочтет режиссуру, а не актерское мастерство.

Если Бог наградит чудака-«звездочета» острой интуицией «лицедея», жарким интересом и тонким пониманием человеческой природы, то, стремясь к научному поприщу, он выберет не холодную математику, а скорее психологию, но не практику, а теорию.

Однако не все типы характеров так легко образуют единый союз. Почти не встречается сочетание в одном характере черт «лицедея» и «садовника» или «садовника» и «счетовода». Это и понятно — хрупкий и слабый «садовник» не выдержал бы натиска мощной энергии «счетовода», пламенности и искрометности «лицедея».


****

Вот тебе «домашнее задание». Подумай, в каком из четырех портретов ты более всего узнаешь себя, что тебе в самом себе нравится, чем ты недоволен. Поищи в характере родственников и друзей черты наших героев.

Зачем? Знаешь, что сказал по этому поводу наш великий писатель Федор Михайлович Достоевский? «Человек есть тайна; ежели будешь ее разгадывать всю жизнь, то не говори, что потерял время. Я занимаюсь этой тайной, ибо хочу быть человеком».

Ольга Филипповская.


[На главную] [Архив] [Наши публикации]